и вот ты вроде живешь без права перегорать
и планов вроде, и за плечами побед – гора
друзья пригнали к причалу белый большой корабль
отходит в восемь, побегать только бы до утра

и вот ты вроде бы любишь, веришь, трудолюбив
живешь без краж, прелюбодеяния, не убив
не ищешь лишнего, разделяешь свои слова
и помнишь вроде и обязательства, и права

в бюро создателей, производства и добрых дел
твой стол направо, где каждый третий бы быть хотел
небесный свет, чистота, цветы и уже пора
и у тебя вовсе нету права перегорать

и вот ты вроде бы понимаешь, осознаешь
и дел по горло. и темень близится, темень сплошь
и от тебя все зависит в самый последний раз
нет никакого права сегодня перегорать

и белый лист, карандаш, прочитана стопка книг
друзья, корабль, и ты непременно вернешься к ним
осенний лист среди лета, новый подъемный кран
держи зарядку, пускай не гаснет большой экран

киев, июль’18

Advertisements

вечерами среди июля
в чаще города за оврагом
тихой спальне с окном на север
никого
кухня тридцать на двадцать восемь
круглый стол и букет из веток
чёрный пол, синий свет, посуда
никого
ванна, зеркало, пахнет хвоей
или пена такая с солью
дышит белая занавеска
никого
по балкону шагала птица
ветер, ангел и три цикады
самолётик из дэйли джорнал
никого
на диване гостиной пледы
стены в сумерках и не видно
покрывают ли их узоры
никого
я примерно через дорогу
два воздушных пути и море
океан и ещё немноже
чко пешком
там кафе со стеклом и сталью
люди пишут сухие мейлы
за лэптопами, но на деле
никого
звук минуя и муть витрины
замечаю глаза глазами
в них леса, берега, овраги
цепи гор
одиноко открыты ставни
план моста над диваном
пледы
кухня, город и синий вечер
где-то год
ты ходил по густой планете
без боязни искал и верил
за витринами, на дорожке
беговой
кто увидит, и кто ответит, кто дотронется
твоей двери
и останется до начала
самого

между городами ‘2018

на уроках английского вместе искали бога
за окном не решалась на берег ступить весна
помолчи, не спеши, нам бы нужно ещё немного
разобраться в себе и оставить границы сна
как потоки воды заковать в стремена и цепи
как ветра удержать за пазухой на пути
произносим слова, избегая причин и целей
опасаясь, что каждый способен сейчас уйти

если переменить пейзажи и вынуть время
из тебя и меня, поправить всего на век
может быть, получилось бы стать и собой, и теми
кто кодировал нас, задание «человек»
получилось бы стать моментом и вездесущим
книгой, деревом, домом, надеждой, виной, стихом
и заметить ошибки в коде, но даже лучше
ничего не менять, наслаждаясь своим «потом»
и следить-и следить за каждым перемещением
каждой встречей и связью, рождением и концом
как кино ожидать, надеяться на прощенье
и объятья, и бога, и что-нибудь за окном

киев, апрель’18

у медведя большие лапы,
у лисы золотая шерсть.
позвони же, когда ты с папой
на прогулке. хотя бы в шесть.
у коровы на попе пятна,
пеликан распахнул крыло,
лучик белый бежит по пяткам,
не щекотный, но и не злой.
в инстаграме твоя улыбка,
за окном убирают снег.
за какие заслуги, рыбка,
ты однажды досталась мне?

киев, март ’18

ласточка

я тебя подозреваю
что с утра приходишь в школу
надеваешь костюм ласто-
чки, летаешь и паришь

зимы зимние в сахаре
летним летом в енисее
вдоль долины алазеи
горы атлас, нильгири

изучать тебя линнею
на азорах и аляске
птичьи песенки и сказки
три кузнечика на три

а потом приходит вечер
вечером снимаешь крылья
вечером снимаешь хвостик
льнешь в объятия мои

ты со мной уже не птица
ты со мной любимый птенчик
обожаемый костлявыш
юность, веточка внутри

киев, 12 марта 2018

вместо стихов

каждому что-то желается обрести:
теслу, гринкард, повышение, войти в айти,
кроткое право второстепенной роли
в новом театре киева на подоле,
кресла шестидесятых годов, ремонт,
номер в гостинице хилтон и фейермонт,
чтобы на месяц снять и в постели белой
лежа писать роман.
хочется женщин, мужчин, перелет на фиджи,
свой шоу-рум просторный среди парижа,
бывает, и тут по живым персонажам меряю, –
люди желают нобелевскую премию.
нужны дивиденды, силы и вдохновение,
мыши для опытов, образное мышление,
мускулы, чтобы кожа подзагорела,
нужен жизненный план.
хочется куш сорвать и войти в историю,
пересекать штормящую акваторию,
в космос, конечно, выйти на айпио,
многообразие себя самого,
стать президентом, экспертом, известным блогером,
длинные лимузины, хотя бы ноги,
знать наизусть гомера, решать сканави,
бога узреть.
хочется в будущее или надел пастуший,
добрых соседей, умных жену и мужа,
чтобы отстали, пристали, пришла открытка,
стала счастливой следующая попытка,
свой ресторан и северное сияние,
одолевать манящие расстояния,
свежий айфон и знания в римском праве,
хочется петь.
еще происходит такое, но тут не точно:
длинно болеет веточка-крошка-дочка.
и вот, проживая дни, просыпаясь ночью,
ты ничего исключительного не хочешь.
смотришь в рассвет и линии за домами,
тучи клубятся, толкаясь тугими лбами,
бушуют и отвечают тебе как будто:
близится утро.

киев’18

*** (из цикла «Кира»)

я по утрам на пробежке с твоей собакой
звоню родителям
лучшей твоей подруге
после работы гуляем у океана
твои мальчишки растут, я запоминаю
пометкой в детской
обычно мы бродим долго
заходим в лавку
ту самую, с желтой дверью
там покупаю бумагу, холсты и краски
цветные стикеры – клеить записки мужу
и детям шалости – кнопки или другое
готовим дома
они всегда помогают
в бутылке пробка, я так и не научилась
а мой любимый справляется с этим ловко
закат слоится лучами на пол террасы
поют цикады, слетаются на огонь
ночные мухи и бабочки, ходят гости
теперь их много, – почти середина лета
мне пишут письма, ты знаешь, мне пишут письма
и в голубом из стокгольма приходит тоже
не открываю. пока не имею права
не принимаю участие в бурной жизни
мне стало стыдно точить из себя эксперта
и за других почему-то немного стыдно
молчу подолгу
смотрю на холсты с бумагой
и представляю, как будто аэродромы
на них, и город растет в инженерной мысли
мосты и зелень, пучки автомагистралей
но дома гости, собака, цикады, дети
закат слоится лучами на пол террасы
конверты сложены стопкой в углу на полке
а я гляжу в отраженье немым укором:
чего ты хочешь?
скажи мне, чего ты хочешь?

киев, 12.12.17

существует теория,
небо способно падать
кашемиром и хлопьями,
реже остатком пара,
кислородом и каплями,
азотом или аргоном,
самолетами, бомбами,
с этим не повезло нам.
гравитационными
волнами и скачками,
мелкой галькой и молнией,
огненными шарами.
или даже обрывками
из моего романа,
там немного предсказано,
но и самой не странно,
будет скомканной критика,
вижу или не вижу.
существует теория —
мелко стучит по крыше.

киев, ноябрь’17

+

демоны из души
лезут наверх бросками
был цельный, склеенный, сшит
а тут раздирает руками
горло
оттуда лезут
конечности лезвий
пожар
змей мокрые головы
сотни осиных жал
глаза ледяного дна
кисти белого пламени
словами
“ты здесь одна”
недавно надежный
правильный
срезает налет надежды
свой застенчивый норов
хлопотно прячешь в одежду
старую или новую
так ничего не осталось
за выбором промолчать
это его слабость
она тебе, получай
киев, 25.9.17
%d bloggers like this: